klezmer

Спасибо всем моим френдам, кто помог вспомнить израильские песни на Йом а-Ацма"ут. Однако, когда я прибежал взмыленный на место мероприятия (мне к тому же дали неверный адрес), я застыл в окуэнии. Посреди старинного правительственного здания City Hall передо мной красовался плакат:

То есть вся моя ментальная установка (и часовое занятие сегодня) на развесёлый блок песен на ф-но моментально слетает к такой-то матери, я резко вспоминаю все песни Холокоста, что помню, и начинаю играть, как ни в чём ни бывало. Пианинко в таком уважаемом заведении, кстати, могли бы и поднастроить, если что. Ну это так, к слову. Зато теперь я знаю Много Израильских Песен. Зовите поиграть, если что.
Тронуло вот что: после моего выступления подошла женщина, родившаяся в Вильне и пережившая там гетто и все ужасы, чудом спасшаяся и приехавшая в Америку после войны. Отец её работал в ТОМ YIVO. И у неё сохаранилось детское фото, по её словам, где ей шесть лет от роду, – она запечатлена с отцом непосредственно в здании YIVO в Вильнюсе. Живая история... А подошла она ко мне поинтересоваться, откуда я знаю песни виленского гетто (я играл некоторые из них). В ней эти песни, конечно, отозвались живыми воспоминаниями. Говорили мы сперва по-английски, потом по-русски, а затем перешли на идиш. Да, я не ошибся: я услышал родной литвацкий идиш. В Нью-Йорке это, увы, редкость. Такая вот компенсация за всю суету и беготню последнего дня или двух. Ну и на закуску несколько фото с мероприятия, а также фото интерьера здания City Hall и прилегающих окрестностей.