Вечер памяти
Apr. 13th, 2008 07:16 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
klezmer11 апреля, в день рождения Нины (Нехамы) Степанской (Линковской) прошёл вечер её памяти в Республиканском музыкальном колледже при БГАМ. Решили делать вечер в Музыкальной гостиной, не в Большом зале, и это решение оказалось верным - атосфера совсем другая, камерная, почти семейная. Приехали одноклассники (кто-то даже издалека, специально ради этого вечера), пришли ученики, коллеги, друзья, знакомые. Рассказы-воспоминания перемежались с музыкальными приношениями. Играли Маша Габриэлян с мамой - Ольгой Сизко-Габриэлян, Влада Бережная с мамой, Аркадий Чубрик,Наташа Котова, прибежавшая со телесъёмок, Minsker Kapelye. Говорили - много говорили, но не все нашли в себе эмоциональные силы выйти, и это понятно... Я готовился, готовился, вышел и... замолчал... Не знал, что сказать, с чего начать. В зале всё время была полная тишина. Звучали лишь голоса выступавших и музыка. И те, кто говорили, и те, кто оставался в зале - плакали. Плакали все, не стесняясь слёз. Это был не вечер памяти, это был крик десятков душ, отчаянно тоскующих по ушедшей Светлой, Чистой Душе, это было прощание.
А ещё показывали много фотографий (какие-то из них я увидел лишь тогда, когда сканировал предыдущим вечером), ставили записи - с лекций Н.С., из наших с ней экспедиций. Сделали выставку публикаций Нины Самуиловны, не всех, конечно, - их много, но целый стол был занят. А Алла Данциг привезла как раз к вечеру из Москвы новый сборник "Музыка идишкайта 2008", где опубликована одна из статей Н.С. Алла - дочь Н.С. - в конце вышла и поблагодарила всех и показала приготовленную ею презентацию - серию слайдов со стихами в сопровождении песни Эйяля Голана про маму.
Некоторые учителя и ученики Н.С. не смогли прийти на встречу, либо по состоянию здоровья, либо потому, что находятся в других странах и городах. Они прислали свои воспоминания, кто-то на мейл, кто-то в записи.
Вот некоторые из аудиозаписей, которые звучали на вечере:
Слово классного руководителя - Нины Николаевны Плавинской
Слово Нины Николаевны Юденич
Фрагменты (начало и конец) последней публичной лекции Нины Самуиловны Степанской - "Петербургская еврейская композиторская школа", прозвучавшей на заседании Клуба еврейской музыки 10 декабря 2006 года в Минске
Ю. Энгель. Три пьесы в исполнении Н.С.Степанской (на том же заседании Клуба еврейской музыки
Отрывки из наших с Ниной экспедиционных записей
И вот ещё те письма, которые пришли на почту к вечеру памяти. Письма ещё будут идти. Я очень надеюсь, что будет издан сборник памяти Нины, и воспоминания людей, знавших её. войдут туда отдельным разделом.
Nina Samuilovna, in memoriam
Нина Самуиловна была моей учительницей по музыкальной литературе все четыре года, когда я был в лицее (1988–1992). В моей памяти она так и сохранилась, совсем ещё молодая, очень добрая и щедрая на внимание и заботу. Позже, когда я уехал в Америку, мы продолжали поддерживать связь по email. Потом связь прекратилась, и я не знал почему, не знал, как тяжело она болела. Я до сих пор храню эту переписку, как будто она не прекратилась, а только временно остановилась.
Пока мы переписывались, у меня всё время была мысль, что в скором будущем мне удастся съездить в Минск и её увидеть. Но это мне так и не довелось осуществить. Однако я и теперь думаю, что та связь, которая у нас была, она продолжается. Всё то, что Нина Самуиловна вложила в меня, ту мудрость, не столько даже музыкальную, а по жизни, продолжает жить во мне и влиять на меня и освещать мой путь.
Илья Майзус (Ilya Mayzus)
Теоретическое отделение
Лицей, 1988-1992.
Нью-Йорк, 2008.
Нина Самуиловна Степанская. Мягкая в общении, безгранично благожелательная. Какая-то присущая только ей скромность и сдержанность не позволяли ей высказываться о ком-нибудь в оскорбительных тонах. С внутренним достоинством она переживала все невзгоды жизни, оставаясь человеком сильной воли и духа.
Последний раз мы виделись с ней в Израиле 30 марта 2007 года. Она провожала меня на самолет Тель-Авив – Москва. Три часа прошли как одно мгновенье, в задушевном разговоре, в воспоминаниях о Минске, Гродно, о друзьях, коллегах. Трудно было представить, какую физическую боль она испытывала уже тогда, внешне совершенно не подавая вида. Через три месяца она ушла из жизни, но не из наших сердец.
Память о ней – это не только фотографии с ее обворожительной улыбкой и научные статьи, идеи которых она вынашивала долго, а фиксировала на бумаге с потрясающей скоростью. Любопытно было следить за тем, как она работала за компьютером, напоминая маститого писателя. Память о ней – это и профессиональный рост ее учеников, которые будут с полным достоинством нести имя своего научного руководителя, Нины Самуиловны Степанской. Всегда помним, безгранично любим.
Инесса Двужильная,
Гродно,
Соискатель в период 2001–2005 гг.
С некоторых пор у меня появилась потребность рассматривать фотографии. Их не так уж и много. А с Ниной Самуиловной, пожалуй, фотографий и вовсе мало. Но те, которые есть, будоражат память, заставляют переживать запечатлённое там, будто это было вчера. Я говорю о серии фотографий, сделанных ровно семь лет назад, самой Ниной Самуиловной.
2001 год. Год нашего выпуска. Мы знали тогда, что у неё будет День Рождения, и хотели сделать какой-нибудь особенный подарок, чтоб запомнился, потому что это был последний День рождения Нины Самуиловны, на котором мы могли присутствовать в качестве учеников. После довольно долгих дебатов было решено поставить несколько фрагментов из оперы С. Рахманинова «Алеко». Всю оперу поставить было бы довольно накладно, поскольку времени было не так уж много, да и скудное техническое оснащение не позволяло. Готовились мы в течение месяца, тайком, в общежитии. Чтоб никому не было обидно, а заодно, чтоб «солисты» не уставали слишком, у нас было две Земфиры (Оля Цыбулькина и Оля Шишкина), два Молодых Цыгана (Алёша Щербаков и Дима Власюк), и, из-за резкого дефицита мужских голосов в классе – один Алеко (Ваня Кучеренко). Все остальные – «цыганский хор» и «танцовщицы» (Хористки превращались в танцовщиц и наоборот). За роялем сидел человек-оркестр – Марьяна Бутко.
11 апреля мы волновались так, как будто у нас, по меньшей мере, была премьера в Большом Театре. Это должен был быть сюрприз. Поэтому Нина Самуиловна, думавшая провести обычный урок, была несколько ошарашена появлением толпы перемазанных косметикой (за какие-то полчаса в подвале из двух натуральных блондинов при помощи туши для ресниц были сотворены два жгучих брюнета) и одетых в весьма странные одежды учеников. Однако сопротивления не оказала. За 10 минут мы развернули «декорации», установили всё, что нужно и спектакль начался.
Шероховатости, конечно же, были. Но мы очень старались. Пели, танцевали. Разыгрывали драму все – от главных героев, до сочувствующих им окружающих. Земфира и Молодой Цыган «умирали» два раза. Второй раз «на бис», чтобы получилось фото. Нина Самуиловна сидела в импровизированном зале, время от времени фотографировала и посмеивалась.
Чтобы рассказать обо всём, что нас связывало с нашим дорогим, любимым, светлым, мудрым Учителем, не хватит всех слов мира. Все наши чудесные встречи – от уроков в лицее до посиделок на кухне у неё дома – всё это хранит память души и сердца. И ровно семь лет назад, 11 апреля 2001 года, мы были счастливы от того, что мы делаем что-то, чему Нина Самуиловна нас учила. Ведь мы в ответ получили самый бесценный дар – её незабываемую улыбку.
Дарья Монтволинская, aka![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
montwolinskaja, выпускница фортепианного отделения 2001 года.
Фото,сделанное после спектакля "Алеко".
* * *
Нина Самуиловна была и остаётся одним из самых лучших людей в этом мире, одним из самых потрясающих педагогов, способных вдохнуть жизнь, счастье, любовь, знания в каждое своё слово, в каждое своё деяние. Она навсегда останется примером для нас, её учеников, – примером человеческим, профессиональным. Она учила нас тому, что мы теперь знаем, чем теперь живём и без чего себя не мыслим. Она привила любовь к музыке с того самого дня, когда мы, совсем маленькие, увидели её на уроке сольфеджио. Нина Самуиловна сразу стала нашим другом, нашим наставником и сопровождала нас в течение долгих и прекрасных лет в Лицее, заботясь о нас, делая наши дни радостными, а души – светлыми. А каждый август я и другие ученики собирались у неё дома, где она включала для нас потрясающие оперные постановки и кормила своими чудесными блинчиками…
И это всё в памяти – та огромная, безграничная доброта, струившаяся в её душе, притягивавшая нас её глубинная чистота и гармония… Можно сказать многое, и всех слов мира не хватит, чтобы говорить о ней. Но сегодня она мне приснилась, улыбающаяся. И тогда я поняла, что на свете есть ангелы, которые продолжают дарить счастье нашим грустным душам. И когда в следующий раз вы взглянете на небо и увидите там звезду, вспомните о том, что кто-то думает о вас и будет думать всегда.
Дорогая наша! Мы любим тебя!
Валентина Модестова, выпускница фортепианного отделения 2001 года,
Швейцария
* * *
Свет невечерний
О Нине Самуиловне можно говорить только в настоящем. Она всегда рядом, незримо присутствует и улыбается. И как-то жить легче становится, и тучи рассеиваются, и печаль проходит, и сердце раскрывается навстречу радости и любви.
Вспоминая свои школьные годы, удивляюсь, как это можно было к Нине Самуиловне привыкать. А ведь привыкала. И к интеллигентности царского масштаба, и к тихой, спокойной манере говорить, не повышая голоса, и способности одним взглядом пристыдить за косноязычие или плохо выученный тематизм опер композиторов Могучей кучки, или за то, что проспала последнюю в четверти викторину по музлит, и забыла дома пластинки, которые обещалась принести ровно к 8.30!
А потом помнит каждый, что к Нине Самуиловне можно было всегда прийти домой. И она часто приглашала гостей. И вот эти разговоры на кухне, летом, в период закаток овощей и фруктов стирали ту невидимую грань, которая была между учителем и учеником, плавно переводя отношения в статус “старшей” и “младшей” подруг. Старшая всегда спрашивала: как ты, младшенькая? Ну, давай, садись и рассказывай, ты ж видишь, что у меня все по-прежнему... И младшенькая поддавалась и начинала говорить и говорила долго. И только в самый последний момент выяснялось, что вот у Старшей подруги такие вот дела... И думалось: ну какая же ты, младшенькая, эгоистка!!! Ну, просто пуп земли. Я да я... И давала себе зарок в другой раз поступить иначе. А на следующий год ситуация повторялась... Годы так и пролетели, и зарок остался невыполненным.
Наверное, так всегда бывает. Человек, который умеет любить, дарит свою любовь бескорыстно, с радостью, озаряя жизнь твою Светом невечерним. И тьма этот свет не обымет.
Татьяна Щерба,
выпускница теоретического отеделения 1993 года,
Вена, Австрия,
* * *
О Нине Линковской-Степанской – консерваторской сокурснице
Мы не были с Ниночкой постоянными подругами «по жизни». Но Нина каким-то чудом оказывалась оплотом в поворотные моменты далёкой нашей студенческой жизни. Именно с ней мне было надёжно оговаривать специализацию, тему дипломной работы. Именно её слегка ироничные, брошенные с чарующей улыбкой, фразы вносили определённый лад в жизнь группы – это ощущаешь теперь, спустя годы. Её радостная, дружеская улыбка не давала быстро убежать с конференции.
Нина была всерьёз начитанным – самым начитанным в группе, а возможно, и на курсе – человеком. Ей по плечу в те молодые годы была не просто художественная, но философско-художественная литература. Печать глубины всего ею играемого и читаемого, как теперь понимаю, и оттеняла неуловимо её одухотворённое лицо.
О талантах Нины знают все. Лишь в один её талант в первые послеконсерваторские годы мне не сразу поверилось – в дар лектора. Как-то из-за дверей я услышала, как Нина ведёт урок своим сверх-камерным голоском. При встрече попробовала «сделать внушение»׃ Нина, тебе надо работать над голосом, ведь тебя же не будут слушать (а то и слышать) дети! – Нина в ответ благосклонно, чуть морщась, улыбалась и как бы соглашалась. … Годы спустя жизнь показала, что тихий голос здесь не помеха. Как её слушали! Нет нужды рассказывать, что это за педагог, эрудит, тончайший музыкант, какой авторитет для учеников!
Наша переписка в последние полгода жизни Нины показала лично мне новые грани её личности. Точнее – это было новое подтверждение всего, что казалось уже знакомым. Доброты, любви к друзьям, её сдержанности в разговоре о себе самой в труднейшие минуты жизни. Но что особенно потрясает – это готовность её, уже тяжело-тяжело больной, моментально включиться в творческое сопереживание-обсуждение любой научной темы или проблемы. А именно этим хотелось хоть на минуты отвлечь её от гнетущих мыслей, от страданий. Но не только отвлечь – хотелось (инстинктивно) ухватить последнюю возможность поделиться, посоветоваться с проницательным, умным музыковедом и музыкантом.
Представляю фрагменты нашей переписки, чтобы можно было почувствовать её совсем близко. Со всем её скрываемым и нескрываемым отчаянием – и милой теплотой, с тревогами за близких – и доброжелательностью к коллегам. С её до конца пытливым умом.
* * *
Милая Нинуша! Как ты??? Обследована ли? Как себя конкретно чувствуешь?
Давно тебя даже в интернете не слышала! Желаю быть здоровой и сильной, а также миловидной – как, например, на фото из вашего с Димой сборника. Ты там супер-привлекательная, яркая и харизматичная! Целую! Галя.
19.III.2007
От НИНЫ׃
Дорогая Галочка, так и не удалось нам встретиться [в Минске в феврале 2007 г.]. Весь январь я проболела, состояние ухудшилось катастрофически. В конце концов, мои дети нашли спонсора… на моё лечение в Израиле, в течение нескольких дней меня собрали и отправили в Землю Обетованную.
Обследование показало… Понимаю, что особых иллюзий питать нельзя. Очень скучаю по дому, друзьям, своему пианино, работе и т.д. Очень резкий слом переживаю тяжело, но стараюсь не впасть в депрессию.
Как ты? Целую – Нина.
20.III.2007
Ниночка, здравствуй – в первичном значении этого слова! Господи, какие надо иметь силы, чтобы всё это проживать, пробаливать, пересиливать! Ниночка, пожалуйста, выдержи всё! Будь!!! Тебя поставят на ноги, не сомневайся! они же отвечают (врачи) за твою жизнь. Целую тебя и обнимаю! Интересно, когда примерно тебя могут отважиться пустить домой в Минск? Эх.
А ты вообще в больнице сейчас или у сестры живёшь? … Очень по тебе скучаю и, конечно, волнуюсь. А как врачи? как с тобой общаются? Как проходят дни, если боли не достают? Читаешь или нет желания? Где пользуешься Интернетом?
Закидала вопросами. Целую-обнимаю! До встречи пока в Интернете! Галя.
20.III.2007
От НИНЫ׃
Галочка, я у сестры дома, на процедуры меня возят родные и сразу забирают домой. Здесь стационар очень дорогой… Но для меня это хорошо, я належалась в больницах в Минске, и они вызывают аллергию. Говорят на иврите, поэтому все время нуждаюсь в переводчике. Это крайне неудобно, собираюсь вплотную заняться языком, если будут силы. Уровень мед. обслуживания высочайший, и я думаю, что мой шаг приехать сюда был правильным. Но для того, чтобы получить все необходимое обслуживание и лекарства, мне пришлось срочно сменить гражданство, так что я теперь гражданка Израиля и меня лечат по страховке. Я долго плакала, когда получила документы, чувствовала, что меня по живому разрезали; душа осталась там, а бренное тело здесь.
Буду получать небольшое пособие. Пока меня кормит сестра. Она с племянниками заботится обо мне, звонят и приходят другие родственники, которых здесь у меня больше, чем дома. Но там остались очень больные родители, мама на днях выписалась из больницы после тяжелого сердечного кризиса, к ней ездила Лиля и сейчас там мой Женя. Так что нам тут весело. Алла тоже разрывается между учебой, работой и стариками, и мне ее очень жалко. Ей пришлось резко стать самостоятельной.
Я стала немного лучше после 3 химии, пытаюсь гулять, читать, даже думаю заняться расшифровкой материалов наших экспедиций. Но часто бывает, что я просто лежу и не могу заставить себя встать. Перед отъездом мне помогли купить ноутбук, здесь есть русский шрифт. Но у племянника есть и большой компьютер, там только латиница, оттуда я часто пишу письма, так как легче подключиться к Интернету. Были бы силы писать. Очень скучаю по дому, из которого уехала стремглав. На работе мне разрешили оформить отпуск на год за свой счет. Не просто придется моей дочке без моей зарплаты, но ничего не поделаешь.
Мне интересна твоя идея об эмфатических ударениях как принципе классификации напевов, напиши о ней подробнее.
Галочка, успеха тебе, насыщай наукой время, ты должна реализовать [себя]. Целую тебя крепко. Нина.
22.III.2007
Нинуша, здравствуй! Про эмфатические акценты пишут отдельные филологи. Ищу у них что-нибудь о ритмике и интонации стиха и прозы – и вдруг раз, другой, третий натыкаюсь на эмфазис. Нашла у любимой Н.Ч. довольно обстоятельное описание оформления эмфатических акцентов в вербальных текстах. Она даже включает разбор каких-то вокальных тем из классики. Но с музыкой мы разберёмся, а вот экстрамузыкальные истоки музыкальной же акцентуации я и выискиваю. Всё ведет, так или иначе, к прояснению семантики.
Спасибо, что и тебе небезразлично. Ты мне нужна как эксперт экстра-класса, поверь. Ты ж у нас на курсе самая мудрая – Сова с большой буквы (т.е. не орнитологическая, а та другая, интеллектуалка). Интересно, тебе сову никто ещё не дарил? Это же должен быть твой знак.
Ладно, не смущайся.
Да, я тоже думала о твоих родителях и о дочке. … Ну, что тебе сказать – уж чернее не будет, а «мрак сгущается перед рассветом» («тьма сгущается перед рассветом»), гласит народная мудрость.
Отдыхай. – Целую! Галя.
22.III.2007
Ниночка, милая, скоро ль отзовёшься? Как твоё лечение? Знаю, что ты стойкая и в надёжных руках. С 1-м апреля тебя! Мой любимый праздник. Сегодня ничего как-то не удалось набезобразничать, наколоть Д., например. Но ещё и не вечер. … Что бы сегодня придумать? Может, в Минск кому-нибудь позвонить? Жаль, что ты не в Минске.
Целую весенне-трепетно, обнимаю! Галя.
1.IV.2007
От НИНЫ׃
Дорогая моя, здесь почему-то не дурят на 1 апреля, и я совсем забыла об этой традиции. Вообще приспосабливаюсь к другой ментальности и образу жизни, и это непросто.
Прошла 4 химии, завтра пятая. Чувствую себя по-разному, но кашель не проходит, кости побаливают, хотя стараюсь обойтись без обезболивающих. Читаю, смотрю видео, слушаю музыку. Пытаюсь что-то писать, но с малым кпд. Хандра накатывается волнами, потом отпускает.
Иногда выползаю погулять, здесь красиво все цветет, но на далекие походы меня не хватает. Уже состригла свои падающие кудри, опять нахлобучила парик. Стала стройная, похудела на 5 кг.
Как твоя наука? Я размышляла о твоей идее, интересно было бы увидеть, как ты это анализируешь на конкретном образце. Мне близка позиция идти от текстовой фразеологии к музыкальной. Наверное, здесь имеет значение язык и его фонетика, не так ли?
Дорогая, успеха тебе, скучаю, жажду общения.
Целую. Нина
1.IV.2007
Эх, Нинуша, пока я плаваю в «эмфазе». Но я в несколько ином направлении думаю – не в специфике языка ищу (это мне не по силам), а в весьма, увы, размытой в тумане пары тысяч лет семантике (я её начинаю называть ритмопрагматикой) …
Желаю здороветь тебе во всех смыслах и значениях. Галя.
1.IV.2007
Ниночка, здравствуй! Всё сомневаюсь – 11-го ли у тебя твой Бёздэй? Неинтересно, конечно, спрашивать и потом поздравлять. Но как бы не пропустить. Но в подарок в тот День сообщу тебе интересненькое про эмфа-зоны внутри Беларуси и слегка около её границ. Открываются неожиданные вещи, такая динамика превращений… Это для описания диалектных зон.
Будь добра к себе, не нервничай из-за болезни. Твоя мудрая доброта и добрая мудрость тебе помогут всё выдержать и быть счастливой, здоровой, творчески продуктивной.
Пока! Целую тебя, похудевшую на 5 кг, хрупкую и всё равно, естественно, симпатичную. Галя.
3.IV.2007
Дорогая Нинушка, каковы твои контакты с Минском? Очень расплывчато представляю себе твою душевную обустроенность. Или не до общения? А может, ты по скромности своей сама не напоминаешь о себе, даже если скучаешь?
Отвечай по желанию – это только вопросы …
Ты говорила, что взяла в Минске год отпуска. Удастся ли тебе, при желании конечно, с израильским гражданством работать в Минске? А что значит, ментальность в Израиле резко отличается – поконкретнее? Понятно, что отличается, но что именно сразу чувствуется – кроме языка?
Целую и желаю ЗДОРОВЬЯ!!!
Галя.
5.IV.2007
От НИНЫ׃
Галочка, спасибо тебе за внимание и заботу. Да, я на связи с коллегами и друзьями, многие пишут и звонят, это меня очень поддерживает. Не всегда успеваю вовремя отвечать, здесь племянники любят посидеть у компьютера. Да и состояние бывает необщабельное. Определённый круг есть и здесь, родные и коллеги, с которыми общалась на конференциях, переписывалась. Но образ жизни мой сейчас не располагает к тесному общению, нет сил.
Да, у нас пасхальная неделя. Приходят гости, мы ездили тоже, приходится много готовить. Здесь акцент делают на овощах, большой выбор фруктов, в том числе диковинных. В самом разгаре клубника, хотя она кисловатая. Но я скучаю по нашему хлебу и картошке, здесь из неё даже драники не лепятся. И вообще скучаю по своей комнате, по всем и всему. Учу язык, но медленно, голова моя отупела. 11-го ведь будет 53.
Мне директор сказал, что работать можно с любым гражданством, оформляется вид на жительство. Но я далеко не заглядываю, живу сегодняшним днём.
Целую тебя, дорогая, и жеалю успеха в науке.
Нина.
5.IV.2007
Несравненная Нина! Дорогой друг! С Днём Рождения!!! (извини, к вечеру только добралась до компьютера – только что с работы, сегодня с 8.15 плюс дежурство). Будь здорова и здоровá, уважаема, любима и обожаема близкими и теми, кого ты любишь. По мере сил – сообщай о себе.
Обнимаю, целую. – Галя.
11.IV 2007
Общение с Ниной обрывается затем после трёх СМС-сообщений из больницы, после разговора по телефону, когда её голос ослаб до неузнаваемости. Последнее, что она произносила после любой моей фразы, было слово «спасибо».
НИНОЧКА, СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ТЕБЕ!
Галина Кутырёва-Чубаля
Польша
* * *
Dear Nina,
The wound caused by your parting will not heal for a long time. You had so much to give. You had the talent to give. You held on to life until the end with energy, optimism and love. You left with a suitcase filled with half-completed works. The memory of your broken life is like a question mark hovering above our daily undertakings. The question cannot be answered. Why? Why?
May she rest in peace.
Judit
(Prof. Judit Frigyesi)
Bar Ilan University, Ramat Gan, Israel
Перевод:
Дорогая Нина!
Рана от твоего ухода ещё долго не заживёт. У тебя было так много всего, чем делиться. У тебя был талант делиться, отдавать. Ты держалась до самого конца с энергией, оптимизмом и любовью. Ты ушла с портфелем, заполненным наполовину законченными работами. Память твоей сломанной жизни подобна вопросительному знаку, висящему над нашими будничными заботами. Вопрос этот не имеет ответа. Почему? Почему?
Покойся с миром.
Юдит
(Профессор Юдит Фридиши,
Университет Бар-Илан, Рамат Ган, Израиль)
* * *
И хочу пару слов добавить от себя. Меня вчера попросили написать что-то о Н.С. Я остановился, не зная, как можно в один короткий текст вместить невместимое, а потом написал вот что.
Рассказывать о Нине, Нехаме, Нине Самуиловне - очень просто и невероятно сложно одновременно. Можно сказать очень много слов, и их будет мало, а можно всего несколько - и этого будет достаточно. Она была настолько цельным человеком, что можно было знать ее всю жизнь, а можно было - всего неделю, и "срез" личности, сущность всегда с одинаковой очевидностью открывалась собеседнику, кем бы он ни был. Я просил выйти сказать что-то людей на вечере 11 апреля, что-то написать. И некоторые оставались в замешательстве, говорили, что это очень сложно, что то, что они хранят в памяти, это слишком личное, хотя всего лишь учились несколько лет у неё. Ведь какое удивительное свойство - делать опыт общения настолько личным. А это также значит, создание класса, если угодно, - клана, семьи, при этом, с высочайшей профессиональной планкой. Все вспоминают ее удивительную улыбку (у меня каждый день стоит перед глазами!), лучистую, через которую так явственно просвечивала ее светлая душа. И высочайший, бескомпромиссный профессионализм и забота о ближних воплощались в этом скромнейшем человеке. Её скромности, пожалуй, стоит поучиться многим. А дальше - нет слов... Слишком много мыслей, переживаний. Единственное, что ещё могу сказать - я невероятно счастливый человек, мне выпало быть рядом с Нехамой (это её еврейское имя) на протяжении 13 лет, находиться в лучах её любви, заботы, ума, души и - делиться всем тем, чем я мог по мере моих сил. Зихроно ливрохо. Память о ней да будет благословенна.
А ещё показывали много фотографий (какие-то из них я увидел лишь тогда, когда сканировал предыдущим вечером), ставили записи - с лекций Н.С., из наших с ней экспедиций. Сделали выставку публикаций Нины Самуиловны, не всех, конечно, - их много, но целый стол был занят. А Алла Данциг привезла как раз к вечеру из Москвы новый сборник "Музыка идишкайта 2008", где опубликована одна из статей Н.С. Алла - дочь Н.С. - в конце вышла и поблагодарила всех и показала приготовленную ею презентацию - серию слайдов со стихами в сопровождении песни Эйяля Голана про маму.
Некоторые учителя и ученики Н.С. не смогли прийти на встречу, либо по состоянию здоровья, либо потому, что находятся в других странах и городах. Они прислали свои воспоминания, кто-то на мейл, кто-то в записи.
Вот некоторые из аудиозаписей, которые звучали на вечере:
Слово классного руководителя - Нины Николаевны Плавинской
Слово Нины Николаевны Юденич
Фрагменты (начало и конец) последней публичной лекции Нины Самуиловны Степанской - "Петербургская еврейская композиторская школа", прозвучавшей на заседании Клуба еврейской музыки 10 декабря 2006 года в Минске
Ю. Энгель. Три пьесы в исполнении Н.С.Степанской (на том же заседании Клуба еврейской музыки
Отрывки из наших с Ниной экспедиционных записей
И вот ещё те письма, которые пришли на почту к вечеру памяти. Письма ещё будут идти. Я очень надеюсь, что будет издан сборник памяти Нины, и воспоминания людей, знавших её. войдут туда отдельным разделом.
Nina Samuilovna, in memoriam
Нина Самуиловна была моей учительницей по музыкальной литературе все четыре года, когда я был в лицее (1988–1992). В моей памяти она так и сохранилась, совсем ещё молодая, очень добрая и щедрая на внимание и заботу. Позже, когда я уехал в Америку, мы продолжали поддерживать связь по email. Потом связь прекратилась, и я не знал почему, не знал, как тяжело она болела. Я до сих пор храню эту переписку, как будто она не прекратилась, а только временно остановилась.
Пока мы переписывались, у меня всё время была мысль, что в скором будущем мне удастся съездить в Минск и её увидеть. Но это мне так и не довелось осуществить. Однако я и теперь думаю, что та связь, которая у нас была, она продолжается. Всё то, что Нина Самуиловна вложила в меня, ту мудрость, не столько даже музыкальную, а по жизни, продолжает жить во мне и влиять на меня и освещать мой путь.
Илья Майзус (Ilya Mayzus)
Теоретическое отделение
Лицей, 1988-1992.
Нью-Йорк, 2008.
Нина Самуиловна Степанская. Мягкая в общении, безгранично благожелательная. Какая-то присущая только ей скромность и сдержанность не позволяли ей высказываться о ком-нибудь в оскорбительных тонах. С внутренним достоинством она переживала все невзгоды жизни, оставаясь человеком сильной воли и духа.
Последний раз мы виделись с ней в Израиле 30 марта 2007 года. Она провожала меня на самолет Тель-Авив – Москва. Три часа прошли как одно мгновенье, в задушевном разговоре, в воспоминаниях о Минске, Гродно, о друзьях, коллегах. Трудно было представить, какую физическую боль она испытывала уже тогда, внешне совершенно не подавая вида. Через три месяца она ушла из жизни, но не из наших сердец.
Память о ней – это не только фотографии с ее обворожительной улыбкой и научные статьи, идеи которых она вынашивала долго, а фиксировала на бумаге с потрясающей скоростью. Любопытно было следить за тем, как она работала за компьютером, напоминая маститого писателя. Память о ней – это и профессиональный рост ее учеников, которые будут с полным достоинством нести имя своего научного руководителя, Нины Самуиловны Степанской. Всегда помним, безгранично любим.
Инесса Двужильная,
Гродно,
Соискатель в период 2001–2005 гг.
С некоторых пор у меня появилась потребность рассматривать фотографии. Их не так уж и много. А с Ниной Самуиловной, пожалуй, фотографий и вовсе мало. Но те, которые есть, будоражат память, заставляют переживать запечатлённое там, будто это было вчера. Я говорю о серии фотографий, сделанных ровно семь лет назад, самой Ниной Самуиловной.
2001 год. Год нашего выпуска. Мы знали тогда, что у неё будет День Рождения, и хотели сделать какой-нибудь особенный подарок, чтоб запомнился, потому что это был последний День рождения Нины Самуиловны, на котором мы могли присутствовать в качестве учеников. После довольно долгих дебатов было решено поставить несколько фрагментов из оперы С. Рахманинова «Алеко». Всю оперу поставить было бы довольно накладно, поскольку времени было не так уж много, да и скудное техническое оснащение не позволяло. Готовились мы в течение месяца, тайком, в общежитии. Чтоб никому не было обидно, а заодно, чтоб «солисты» не уставали слишком, у нас было две Земфиры (Оля Цыбулькина и Оля Шишкина), два Молодых Цыгана (Алёша Щербаков и Дима Власюк), и, из-за резкого дефицита мужских голосов в классе – один Алеко (Ваня Кучеренко). Все остальные – «цыганский хор» и «танцовщицы» (Хористки превращались в танцовщиц и наоборот). За роялем сидел человек-оркестр – Марьяна Бутко.
11 апреля мы волновались так, как будто у нас, по меньшей мере, была премьера в Большом Театре. Это должен был быть сюрприз. Поэтому Нина Самуиловна, думавшая провести обычный урок, была несколько ошарашена появлением толпы перемазанных косметикой (за какие-то полчаса в подвале из двух натуральных блондинов при помощи туши для ресниц были сотворены два жгучих брюнета) и одетых в весьма странные одежды учеников. Однако сопротивления не оказала. За 10 минут мы развернули «декорации», установили всё, что нужно и спектакль начался.
Шероховатости, конечно же, были. Но мы очень старались. Пели, танцевали. Разыгрывали драму все – от главных героев, до сочувствующих им окружающих. Земфира и Молодой Цыган «умирали» два раза. Второй раз «на бис», чтобы получилось фото. Нина Самуиловна сидела в импровизированном зале, время от времени фотографировала и посмеивалась.
Чтобы рассказать обо всём, что нас связывало с нашим дорогим, любимым, светлым, мудрым Учителем, не хватит всех слов мира. Все наши чудесные встречи – от уроков в лицее до посиделок на кухне у неё дома – всё это хранит память души и сердца. И ровно семь лет назад, 11 апреля 2001 года, мы были счастливы от того, что мы делаем что-то, чему Нина Самуиловна нас учила. Ведь мы в ответ получили самый бесценный дар – её незабываемую улыбку.
Дарья Монтволинская, aka
montwolinskaja, выпускница фортепианного отделения 2001 года.Фото,сделанное после спектакля "Алеко".
* * *
Нина Самуиловна была и остаётся одним из самых лучших людей в этом мире, одним из самых потрясающих педагогов, способных вдохнуть жизнь, счастье, любовь, знания в каждое своё слово, в каждое своё деяние. Она навсегда останется примером для нас, её учеников, – примером человеческим, профессиональным. Она учила нас тому, что мы теперь знаем, чем теперь живём и без чего себя не мыслим. Она привила любовь к музыке с того самого дня, когда мы, совсем маленькие, увидели её на уроке сольфеджио. Нина Самуиловна сразу стала нашим другом, нашим наставником и сопровождала нас в течение долгих и прекрасных лет в Лицее, заботясь о нас, делая наши дни радостными, а души – светлыми. А каждый август я и другие ученики собирались у неё дома, где она включала для нас потрясающие оперные постановки и кормила своими чудесными блинчиками…
И это всё в памяти – та огромная, безграничная доброта, струившаяся в её душе, притягивавшая нас её глубинная чистота и гармония… Можно сказать многое, и всех слов мира не хватит, чтобы говорить о ней. Но сегодня она мне приснилась, улыбающаяся. И тогда я поняла, что на свете есть ангелы, которые продолжают дарить счастье нашим грустным душам. И когда в следующий раз вы взглянете на небо и увидите там звезду, вспомните о том, что кто-то думает о вас и будет думать всегда.
Дорогая наша! Мы любим тебя!
Валентина Модестова, выпускница фортепианного отделения 2001 года,
Швейцария
* * *
Свет невечерний
О Нине Самуиловне можно говорить только в настоящем. Она всегда рядом, незримо присутствует и улыбается. И как-то жить легче становится, и тучи рассеиваются, и печаль проходит, и сердце раскрывается навстречу радости и любви.
Вспоминая свои школьные годы, удивляюсь, как это можно было к Нине Самуиловне привыкать. А ведь привыкала. И к интеллигентности царского масштаба, и к тихой, спокойной манере говорить, не повышая голоса, и способности одним взглядом пристыдить за косноязычие или плохо выученный тематизм опер композиторов Могучей кучки, или за то, что проспала последнюю в четверти викторину по музлит, и забыла дома пластинки, которые обещалась принести ровно к 8.30!
А потом помнит каждый, что к Нине Самуиловне можно было всегда прийти домой. И она часто приглашала гостей. И вот эти разговоры на кухне, летом, в период закаток овощей и фруктов стирали ту невидимую грань, которая была между учителем и учеником, плавно переводя отношения в статус “старшей” и “младшей” подруг. Старшая всегда спрашивала: как ты, младшенькая? Ну, давай, садись и рассказывай, ты ж видишь, что у меня все по-прежнему... И младшенькая поддавалась и начинала говорить и говорила долго. И только в самый последний момент выяснялось, что вот у Старшей подруги такие вот дела... И думалось: ну какая же ты, младшенькая, эгоистка!!! Ну, просто пуп земли. Я да я... И давала себе зарок в другой раз поступить иначе. А на следующий год ситуация повторялась... Годы так и пролетели, и зарок остался невыполненным.
Наверное, так всегда бывает. Человек, который умеет любить, дарит свою любовь бескорыстно, с радостью, озаряя жизнь твою Светом невечерним. И тьма этот свет не обымет.
Татьяна Щерба,
выпускница теоретического отеделения 1993 года,
Вена, Австрия,
* * *
О Нине Линковской-Степанской – консерваторской сокурснице
Мы не были с Ниночкой постоянными подругами «по жизни». Но Нина каким-то чудом оказывалась оплотом в поворотные моменты далёкой нашей студенческой жизни. Именно с ней мне было надёжно оговаривать специализацию, тему дипломной работы. Именно её слегка ироничные, брошенные с чарующей улыбкой, фразы вносили определённый лад в жизнь группы – это ощущаешь теперь, спустя годы. Её радостная, дружеская улыбка не давала быстро убежать с конференции.
Нина была всерьёз начитанным – самым начитанным в группе, а возможно, и на курсе – человеком. Ей по плечу в те молодые годы была не просто художественная, но философско-художественная литература. Печать глубины всего ею играемого и читаемого, как теперь понимаю, и оттеняла неуловимо её одухотворённое лицо.
О талантах Нины знают все. Лишь в один её талант в первые послеконсерваторские годы мне не сразу поверилось – в дар лектора. Как-то из-за дверей я услышала, как Нина ведёт урок своим сверх-камерным голоском. При встрече попробовала «сделать внушение»׃ Нина, тебе надо работать над голосом, ведь тебя же не будут слушать (а то и слышать) дети! – Нина в ответ благосклонно, чуть морщась, улыбалась и как бы соглашалась. … Годы спустя жизнь показала, что тихий голос здесь не помеха. Как её слушали! Нет нужды рассказывать, что это за педагог, эрудит, тончайший музыкант, какой авторитет для учеников!
Наша переписка в последние полгода жизни Нины показала лично мне новые грани её личности. Точнее – это было новое подтверждение всего, что казалось уже знакомым. Доброты, любви к друзьям, её сдержанности в разговоре о себе самой в труднейшие минуты жизни. Но что особенно потрясает – это готовность её, уже тяжело-тяжело больной, моментально включиться в творческое сопереживание-обсуждение любой научной темы или проблемы. А именно этим хотелось хоть на минуты отвлечь её от гнетущих мыслей, от страданий. Но не только отвлечь – хотелось (инстинктивно) ухватить последнюю возможность поделиться, посоветоваться с проницательным, умным музыковедом и музыкантом.
Представляю фрагменты нашей переписки, чтобы можно было почувствовать её совсем близко. Со всем её скрываемым и нескрываемым отчаянием – и милой теплотой, с тревогами за близких – и доброжелательностью к коллегам. С её до конца пытливым умом.
* * *
Милая Нинуша! Как ты??? Обследована ли? Как себя конкретно чувствуешь?
Давно тебя даже в интернете не слышала! Желаю быть здоровой и сильной, а также миловидной – как, например, на фото из вашего с Димой сборника. Ты там супер-привлекательная, яркая и харизматичная! Целую! Галя.
19.III.2007
От НИНЫ׃
Дорогая Галочка, так и не удалось нам встретиться [в Минске в феврале 2007 г.]. Весь январь я проболела, состояние ухудшилось катастрофически. В конце концов, мои дети нашли спонсора… на моё лечение в Израиле, в течение нескольких дней меня собрали и отправили в Землю Обетованную.
Обследование показало… Понимаю, что особых иллюзий питать нельзя. Очень скучаю по дому, друзьям, своему пианино, работе и т.д. Очень резкий слом переживаю тяжело, но стараюсь не впасть в депрессию.
Как ты? Целую – Нина.
20.III.2007
Ниночка, здравствуй – в первичном значении этого слова! Господи, какие надо иметь силы, чтобы всё это проживать, пробаливать, пересиливать! Ниночка, пожалуйста, выдержи всё! Будь!!! Тебя поставят на ноги, не сомневайся! они же отвечают (врачи) за твою жизнь. Целую тебя и обнимаю! Интересно, когда примерно тебя могут отважиться пустить домой в Минск? Эх.
А ты вообще в больнице сейчас или у сестры живёшь? … Очень по тебе скучаю и, конечно, волнуюсь. А как врачи? как с тобой общаются? Как проходят дни, если боли не достают? Читаешь или нет желания? Где пользуешься Интернетом?
Закидала вопросами. Целую-обнимаю! До встречи пока в Интернете! Галя.
20.III.2007
От НИНЫ׃
Галочка, я у сестры дома, на процедуры меня возят родные и сразу забирают домой. Здесь стационар очень дорогой… Но для меня это хорошо, я належалась в больницах в Минске, и они вызывают аллергию. Говорят на иврите, поэтому все время нуждаюсь в переводчике. Это крайне неудобно, собираюсь вплотную заняться языком, если будут силы. Уровень мед. обслуживания высочайший, и я думаю, что мой шаг приехать сюда был правильным. Но для того, чтобы получить все необходимое обслуживание и лекарства, мне пришлось срочно сменить гражданство, так что я теперь гражданка Израиля и меня лечат по страховке. Я долго плакала, когда получила документы, чувствовала, что меня по живому разрезали; душа осталась там, а бренное тело здесь.
Буду получать небольшое пособие. Пока меня кормит сестра. Она с племянниками заботится обо мне, звонят и приходят другие родственники, которых здесь у меня больше, чем дома. Но там остались очень больные родители, мама на днях выписалась из больницы после тяжелого сердечного кризиса, к ней ездила Лиля и сейчас там мой Женя. Так что нам тут весело. Алла тоже разрывается между учебой, работой и стариками, и мне ее очень жалко. Ей пришлось резко стать самостоятельной.
Я стала немного лучше после 3 химии, пытаюсь гулять, читать, даже думаю заняться расшифровкой материалов наших экспедиций. Но часто бывает, что я просто лежу и не могу заставить себя встать. Перед отъездом мне помогли купить ноутбук, здесь есть русский шрифт. Но у племянника есть и большой компьютер, там только латиница, оттуда я часто пишу письма, так как легче подключиться к Интернету. Были бы силы писать. Очень скучаю по дому, из которого уехала стремглав. На работе мне разрешили оформить отпуск на год за свой счет. Не просто придется моей дочке без моей зарплаты, но ничего не поделаешь.
Мне интересна твоя идея об эмфатических ударениях как принципе классификации напевов, напиши о ней подробнее.
Галочка, успеха тебе, насыщай наукой время, ты должна реализовать [себя]. Целую тебя крепко. Нина.
22.III.2007
Нинуша, здравствуй! Про эмфатические акценты пишут отдельные филологи. Ищу у них что-нибудь о ритмике и интонации стиха и прозы – и вдруг раз, другой, третий натыкаюсь на эмфазис. Нашла у любимой Н.Ч. довольно обстоятельное описание оформления эмфатических акцентов в вербальных текстах. Она даже включает разбор каких-то вокальных тем из классики. Но с музыкой мы разберёмся, а вот экстрамузыкальные истоки музыкальной же акцентуации я и выискиваю. Всё ведет, так или иначе, к прояснению семантики.
Спасибо, что и тебе небезразлично. Ты мне нужна как эксперт экстра-класса, поверь. Ты ж у нас на курсе самая мудрая – Сова с большой буквы (т.е. не орнитологическая, а та другая, интеллектуалка). Интересно, тебе сову никто ещё не дарил? Это же должен быть твой знак.
Ладно, не смущайся.
Да, я тоже думала о твоих родителях и о дочке. … Ну, что тебе сказать – уж чернее не будет, а «мрак сгущается перед рассветом» («тьма сгущается перед рассветом»), гласит народная мудрость.
Отдыхай. – Целую! Галя.
22.III.2007
Ниночка, милая, скоро ль отзовёшься? Как твоё лечение? Знаю, что ты стойкая и в надёжных руках. С 1-м апреля тебя! Мой любимый праздник. Сегодня ничего как-то не удалось набезобразничать, наколоть Д., например. Но ещё и не вечер. … Что бы сегодня придумать? Может, в Минск кому-нибудь позвонить? Жаль, что ты не в Минске.
Целую весенне-трепетно, обнимаю! Галя.
1.IV.2007
От НИНЫ׃
Дорогая моя, здесь почему-то не дурят на 1 апреля, и я совсем забыла об этой традиции. Вообще приспосабливаюсь к другой ментальности и образу жизни, и это непросто.
Прошла 4 химии, завтра пятая. Чувствую себя по-разному, но кашель не проходит, кости побаливают, хотя стараюсь обойтись без обезболивающих. Читаю, смотрю видео, слушаю музыку. Пытаюсь что-то писать, но с малым кпд. Хандра накатывается волнами, потом отпускает.
Иногда выползаю погулять, здесь красиво все цветет, но на далекие походы меня не хватает. Уже состригла свои падающие кудри, опять нахлобучила парик. Стала стройная, похудела на 5 кг.
Как твоя наука? Я размышляла о твоей идее, интересно было бы увидеть, как ты это анализируешь на конкретном образце. Мне близка позиция идти от текстовой фразеологии к музыкальной. Наверное, здесь имеет значение язык и его фонетика, не так ли?
Дорогая, успеха тебе, скучаю, жажду общения.
Целую. Нина
1.IV.2007
Эх, Нинуша, пока я плаваю в «эмфазе». Но я в несколько ином направлении думаю – не в специфике языка ищу (это мне не по силам), а в весьма, увы, размытой в тумане пары тысяч лет семантике (я её начинаю называть ритмопрагматикой) …
Желаю здороветь тебе во всех смыслах и значениях. Галя.
1.IV.2007
Ниночка, здравствуй! Всё сомневаюсь – 11-го ли у тебя твой Бёздэй? Неинтересно, конечно, спрашивать и потом поздравлять. Но как бы не пропустить. Но в подарок в тот День сообщу тебе интересненькое про эмфа-зоны внутри Беларуси и слегка около её границ. Открываются неожиданные вещи, такая динамика превращений… Это для описания диалектных зон.
Будь добра к себе, не нервничай из-за болезни. Твоя мудрая доброта и добрая мудрость тебе помогут всё выдержать и быть счастливой, здоровой, творчески продуктивной.
Пока! Целую тебя, похудевшую на 5 кг, хрупкую и всё равно, естественно, симпатичную. Галя.
3.IV.2007
Дорогая Нинушка, каковы твои контакты с Минском? Очень расплывчато представляю себе твою душевную обустроенность. Или не до общения? А может, ты по скромности своей сама не напоминаешь о себе, даже если скучаешь?
Отвечай по желанию – это только вопросы …
Ты говорила, что взяла в Минске год отпуска. Удастся ли тебе, при желании конечно, с израильским гражданством работать в Минске? А что значит, ментальность в Израиле резко отличается – поконкретнее? Понятно, что отличается, но что именно сразу чувствуется – кроме языка?
Целую и желаю ЗДОРОВЬЯ!!!
Галя.
5.IV.2007
От НИНЫ׃
Галочка, спасибо тебе за внимание и заботу. Да, я на связи с коллегами и друзьями, многие пишут и звонят, это меня очень поддерживает. Не всегда успеваю вовремя отвечать, здесь племянники любят посидеть у компьютера. Да и состояние бывает необщабельное. Определённый круг есть и здесь, родные и коллеги, с которыми общалась на конференциях, переписывалась. Но образ жизни мой сейчас не располагает к тесному общению, нет сил.
Да, у нас пасхальная неделя. Приходят гости, мы ездили тоже, приходится много готовить. Здесь акцент делают на овощах, большой выбор фруктов, в том числе диковинных. В самом разгаре клубника, хотя она кисловатая. Но я скучаю по нашему хлебу и картошке, здесь из неё даже драники не лепятся. И вообще скучаю по своей комнате, по всем и всему. Учу язык, но медленно, голова моя отупела. 11-го ведь будет 53.
Мне директор сказал, что работать можно с любым гражданством, оформляется вид на жительство. Но я далеко не заглядываю, живу сегодняшним днём.
Целую тебя, дорогая, и жеалю успеха в науке.
Нина.
5.IV.2007
Несравненная Нина! Дорогой друг! С Днём Рождения!!! (извини, к вечеру только добралась до компьютера – только что с работы, сегодня с 8.15 плюс дежурство). Будь здорова и здоровá, уважаема, любима и обожаема близкими и теми, кого ты любишь. По мере сил – сообщай о себе.
Обнимаю, целую. – Галя.
11.IV 2007
Общение с Ниной обрывается затем после трёх СМС-сообщений из больницы, после разговора по телефону, когда её голос ослаб до неузнаваемости. Последнее, что она произносила после любой моей фразы, было слово «спасибо».
НИНОЧКА, СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ТЕБЕ!
Галина Кутырёва-Чубаля
Польша
* * *
Dear Nina,
The wound caused by your parting will not heal for a long time. You had so much to give. You had the talent to give. You held on to life until the end with energy, optimism and love. You left with a suitcase filled with half-completed works. The memory of your broken life is like a question mark hovering above our daily undertakings. The question cannot be answered. Why? Why?
May she rest in peace.
Judit
(Prof. Judit Frigyesi)
Bar Ilan University, Ramat Gan, Israel
Перевод:
Дорогая Нина!
Рана от твоего ухода ещё долго не заживёт. У тебя было так много всего, чем делиться. У тебя был талант делиться, отдавать. Ты держалась до самого конца с энергией, оптимизмом и любовью. Ты ушла с портфелем, заполненным наполовину законченными работами. Память твоей сломанной жизни подобна вопросительному знаку, висящему над нашими будничными заботами. Вопрос этот не имеет ответа. Почему? Почему?
Покойся с миром.
Юдит
(Профессор Юдит Фридиши,
Университет Бар-Илан, Рамат Ган, Израиль)
* * *
И хочу пару слов добавить от себя. Меня вчера попросили написать что-то о Н.С. Я остановился, не зная, как можно в один короткий текст вместить невместимое, а потом написал вот что.
Рассказывать о Нине, Нехаме, Нине Самуиловне - очень просто и невероятно сложно одновременно. Можно сказать очень много слов, и их будет мало, а можно всего несколько - и этого будет достаточно. Она была настолько цельным человеком, что можно было знать ее всю жизнь, а можно было - всего неделю, и "срез" личности, сущность всегда с одинаковой очевидностью открывалась собеседнику, кем бы он ни был. Я просил выйти сказать что-то людей на вечере 11 апреля, что-то написать. И некоторые оставались в замешательстве, говорили, что это очень сложно, что то, что они хранят в памяти, это слишком личное, хотя всего лишь учились несколько лет у неё. Ведь какое удивительное свойство - делать опыт общения настолько личным. А это также значит, создание класса, если угодно, - клана, семьи, при этом, с высочайшей профессиональной планкой. Все вспоминают ее удивительную улыбку (у меня каждый день стоит перед глазами!), лучистую, через которую так явственно просвечивала ее светлая душа. И высочайший, бескомпромиссный профессионализм и забота о ближних воплощались в этом скромнейшем человеке. Её скромности, пожалуй, стоит поучиться многим. А дальше - нет слов... Слишком много мыслей, переживаний. Единственное, что ещё могу сказать - я невероятно счастливый человек, мне выпало быть рядом с Нехамой (это её еврейское имя) на протяжении 13 лет, находиться в лучах её любви, заботы, ума, души и - делиться всем тем, чем я мог по мере моих сил. Зихроно ливрохо. Память о ней да будет благословенна.
